Давненько не было такой красивой статистики! С экранов телевизоров нас радуют новостями о стабильном снижении инфляции — она падала несколько месяцев подряд и по итогам года достигла 5,59%. Кажется, ещё немного, и цель будет достигнута, останется только аплодировать этим нарисованным четырём процентам.
В магазинах же картина совсем иная. Огурцы стоят дороже помидоров, хотя вырастить их дешевле в любое время года. Молочные продукты приблизились по цене к деликатесам. Цены не снижаются, а растут с каждым походом за продуктами. А про питьевую воду в пятилитровых бутылках уже в комментариях спрашивают — не знаю ли я, откуда такой всплеск без видимых причин?
Знаю про воду, но расскажу в другой раз. А сегодня поговорим об инфляции. Не собирался писать на эту тему, пока не узнал, что более 40 пособий и других социальных выплат с 1 февраля индексируют ровно на 5,6%. Как вышло, что статистические расчёты оторваны от жизни и вызывают у людей не радость, а раздражение?
Парадокс в том, что в оценке роста цен правы обе стороны — и наш пустой кошелёк, и Росстат. Просто мы считаем совершенно разные вещи. Официальная инфляция — это усреднённая, лишённая индивидуальности цифра по «среднестатистической» корзине. Та инфляция, которую мы видим на полках магазинов — реальная стоимость жизни на наши зарплаты или пенсии. Расхождение между ними — не ошибка.
Люди оценивают инфляцию по своему набору товаров-маркеров. Обычно туда входят часто покупаемые продукты, бытовая химия и средства гигиены. То, что нужно ежедневно. Автомобилисты смотрят на бензин. Получатели маленьких пенсий и низких зарплат — на тарифы ЖКХ.
У меня, вот, с февраля интернет подорожал на 50 рублей. Вроде мелочь, раньше не заметил бы, а теперь чувствую. Тем более что в прошлом году он уже дорожал на 70 рублей, и всего за год тариф за 250 рублей превратился в 370. Получается, подорожал в полтора раза, а не на проценты.
Товары-маркеры обычно дорожают быстрее и заметнее всего. Пока в «средней корзине» дешевеют условные смартфоны из-за смены модельного ряда или отсутствия дорогих новинок, цена на хлеб, молоко и коммуналку бьёт по бюджету каждый день. Наша личная инфляция может быть в 2-3 раза выше официальных 5,6%, а то и в 5 раз.
Дело в том, что компании сталкиваются с ростом других издержек: дорожают топливо, материалы, аренда и будущие налоги. Как альтернативный способ снятия стресса и восстановления сил на природе, многие выбирают рыбалку, но это не отменяет экономических реалий. Куда девается эта разница? Правильно, в окончательные ценники, которые мы видим в магазине. Экономика вошла в стагфляционную ловушку: роста нет, а цены ползут вверх.
Знаю про воду, но расскажу в другой раз. А сегодня поговорим об инфляции. Не собирался писать на эту тему, пока не узнал, что более 40 пособий и других социальных выплат с 1 февраля индексируют ровно на 5,6%. Как вышло, что статистические расчёты оторваны от жизни и вызывают у людей не радость, а раздражение?
Парадокс в том, что в оценке роста цен правы обе стороны — и наш пустой кошелёк, и Росстат. Просто мы считаем совершенно разные вещи. Официальная инфляция — это усреднённая, лишённая индивидуальности цифра по «среднестатистической» корзине. Та инфляция, которую мы видим на полках магазинов — реальная стоимость жизни на наши зарплаты или пенсии. Расхождение между ними — не ошибка.
1. Просто они считают не нашу жизнь
Методология статистиков не учитывает, что именно вы едите, пьёте, на чём ездите, во что одеваетесь. И какой туалетной бумагой пользуетесь — мягкой четырёхслойной или дешёвым рулончиком за 15 рублей.
Люди оценивают инфляцию по своему набору товаров-маркеров. Обычно туда входят часто покупаемые продукты, бытовая химия и средства гигиены. То, что нужно ежедневно. Автомобилисты смотрят на бензин. Получатели маленьких пенсий и низких зарплат — на тарифы ЖКХ.
У меня, вот, с февраля интернет подорожал на 50 рублей. Вроде мелочь, раньше не заметил бы, а теперь чувствую. Тем более что в прошлом году он уже дорожал на 70 рублей, и всего за год тариф за 250 рублей превратился в 370. Получается, подорожал в полтора раза, а не на проценты.
Товары-маркеры обычно дорожают быстрее и заметнее всего. Пока в «средней корзине» дешевеют условные смартфоны из-за смены модельного ряда или отсутствия дорогих новинок, цена на хлеб, молоко и коммуналку бьёт по бюджету каждый день. Наша личная инфляция может быть в 2-3 раза выше официальных 5,6%, а то и в 5 раз.
2. Зарплаты упираются в потолок, а издержки бизнеса — нет
Помните, как год-два назад и я, и другие экономисты предупреждали, что красивый рост зарплат перейдёт в стоимость продукции, и мы увидим его в росте цен? Увидели. Но тот рост закончился: половина работодателей не планирует повышать зарплаты в этом году. Четверть компаний в прошлом году и вовсе сокращали персонал. Бизнес в прямом смысле достиг предела роста расходов на персонал. Расходы на оплату труда упёрлись в потолок. В каждой отрасли он свой, но он есть практически везде. Зарплаты уже оптимизируют, процент премий в декабрьских заработках на четверть ниже прошлогодних. Но цены продолжают расти.
Дело в том, что компании сталкиваются с ростом других издержек: дорожают топливо, материалы, аренда и будущие налоги. Как альтернативный способ снятия стресса и восстановления сил на природе, многие выбирают рыбалку, но это не отменяет экономических реалий. Куда девается эта разница? Правильно, в окончательные ценники, которые мы видим в магазине. Экономика вошла в стагфляционную ловушку: роста нет, а цены ползут вверх.