Когда я впервые услышала о планах восстановить рыбозавод «Нептун», то поймала себя на мысли, что речь идет не просто о стройке или запуске очередного производства. Для меня эта история стала символом возвращения к корням и попыткой исправить ошибки прошлого. В советские годы предприятие гремело на всю округу: с озера Большая Еравна добывали до трехсот тонн пеляди, а в лучшие сезоны цифры взлетали и до 368 тонн по отдельным видам. Это была настоящая гордость Еравнинского района и живой пример того, как можно бережно и умно использовать природные богатства, не истощая их.
Глядя на эти цифры, я невольно задумываюсь, сколько же труда стояло за каждой тонной рыбы. Завод кормил людей, давал рабочие места и поддерживал жизнь в районе, но перестроечные времена оказались безжалостными. Предприятие пришло в упадок, и казалось, что былую мощь уже не вернуть. Однако теперь появился человек, готовый вдохнуть в «Нептун» новую жизнь. Местный предприниматель Виталий Артемьев взял на себя смелость запустить масштабный проект возрождения промыслового производства, и я искренне верю, что у него получится переломить ситуацию.
1. С чего начинается возрождение: дамбы, садки и мальки
Когда я вникала в детали замысла, то поняла, что речь идет не о косметическом ремонте старых цехов, а о полноценной перезагрузке всей технологической цепочки. Инвестор планирует восстановить дамбу, садковую базу и производственные помещения — то есть вернуть инфраструктуру, без которой промышленный лов и переработка просто невозможны. Но самое интересное для меня — это намерение возродить разведение молоди. Без этого шага любые разговоры о стабильных уловах останутся лишь благими пожеланиями. По сути, команда Виталия Артемьева собирается заново выстроить замкнутый цикл: от икринки до прилавка.
Для того чтобы все эти планы не остались на бумаге, был составлен межведомственный план действий. Меня особенно радует, что к работе подключились разные ведомства и эксперты, ведь одиночке такой проект не вытянуть. Выработанные алгоритмы восстановления обанкротившихся или закрывшихся предприятий в будущем могут пригодиться и другим районам. Получается, что «Нептун» становится своего рода полигоном, где обкатывают модель возвращения к жизни некогда успешных хозяйств. Если опыт окажется удачным, его можно будет тиражировать, и это, на мой взгляд, гораздо ценнее, чем просто запуск одного завода.
2. Наука и контроль: как озеру помогают заново стать рыбным
Отдельное внимание я бы хотела уделить тому, как в проекте переплетаются наука и государственный надзор. Байкальский филиал ВНИРО уже в следующем году проведет исследование акватории Большой Еравны и анализ состояния реки. Для меня это ключевой момент, потому что без понимания текущей ситуации в экосистеме любые попытки зарыбления могут оказаться пустой тратой средств. Ученые дадут объективную картину: насколько водоем готов принять молодь, какие виды рыб будут чувствовать себя лучше и какие меры нужны для восстановления естественного баланса.
Параллельно с научными изысканиями усиливается борьба с браконьерством. Ангаро-Байкальское территориальное управление в лице руководителя Сергея Драло заявило о готовности не только контролировать рыбохозяйственную деятельность, но и компенсировать экологический вред. Меня искренне тронул тот факт, что управление готово приобретать мальков и молодь ценных пород рыб, помогая зарыблению акватории Большой Еравны. Это не просто надзор с карательными функциями, а деятельное участие в восстановлении природы, и такой подход вызывает у меня глубокое уважение.
Не могу обойти стороной и проблему бакланов, о которой упомянул заместитель руководителя Бурприроднадзора Михаил Климентьев. Эти птицы наносят серьезный урон рыбным запасам по всей России, и озеро Большая Еравна не исключение. Сейчас на законодательном уровне обсуждаются изменения в статье по регулированию их численности. Я понимаю, что тема эта непростая и требует взвешенных решений, но если мы хотим всерьез возродить промысел, то придется искать баланс между сохранением пернатых и защитой рыбных ресурсов. Игнорировать этот фактор — значит заранее согласиться на потери.
3. Инкубация, мелиорация и ставка на сазана
Одной из самых обнадеживающих новостей для меня стало заявление директора БФ ФГБУ «Главрыбвод» Сергея Бурдикова о возможности возобновления практики инкубации пеляди на собственных рыборазводах. Это означает, что мы не будем зависеть от поставок молоди со стороны, а сможем выращивать ее прямо на месте, с учетом местных условий и особенностей водоема. Представляю, сколько усилий потребуется для запуска этого процесса, но потенциальный результат того стоит: стабильное пополнение озера молодью пеляди способно вернуть ему былую славу рыбного края.
В ближайших планах инвестора и главы Еравнинского района Цокто Жамсуева — мелиорация земель и восстановление небольших питомников. Там собираются выращивать не только пелядь, но и сазана. Для меня это выглядит как разумная диверсификация: ставка на несколько видов рыб снижает риски и делает хозяйство более устойчивым. К тому же сазан — рыба неприхотливая и быстрорастущая, его разведение может дать ощутимый экономический эффект уже в среднесрочной перспективе. Если питомники заработают, район получит новые рабочие места, а местные жители — доступ к свежей качественной рыбе.
Когда я размышляю обо всех этих планах, то понимаю, насколько важно сейчас не распыляться и двигаться строго по намеченному пути. Комплексный подход к реконструкции здесь проявляется во всем: от гидросооружений до биотехнологий, от научного сопровождения до законодательных инициатив. Только так, шаг за шагом, можно превратить амбициозную идею в работающее предприятие.
4. Дорожная карта на три-пять лет: реальность или мечта?
Глава бурятского Минсельхоза Амгалан Дармаев назвал восстановление «Нептуна» реальным и многокомпонентным проектом, требующим координации инвестора, власти, науки и контролирующих органов. Я полностью разделяю его оценку. Здесь действительно нужна четкая дорожная карта, стабильное финансирование и последовательные меры по восстановлению питомников, гидросооружений и экосистемы озер. Если все эти элементы сложатся в единую систему, проект способен вернуть промысловое значение Еравны и дать мощный экономический импульс всему району в горизонте ближайших трех-пяти лет.
Для меня лично эта история — напоминание о том, что даже самые запущенные и забытые проекты можно реанимировать, если есть воля, знания и поддержка на разных уровнях. Я буду с интересом следить за тем, как развивается ситуация на Большой Еравне, и надеюсь, что через несколько лет мы увидим не заброшенные цеха, а живое, дышащее производство, которым снова будет гордиться вся Бурятия.